Семен Ария биография Semen Aria

Биография Семен Ария Semen Aria

 
Родился 28 декабря 1922 года в городе Енакиево Донецкой области (Украина), в семье инженера. Отец — Ария Л.С. (1880-1942). Мать — Ария И.С. (1885-1965). Супруга — Шестакова Марина Петровна (1948 г. рожд.). Дочь — Романова Ольга Семеновна (1976 г. рожд.).
Детство мэтра отечественной адвокатуры прошло в Харькове. Желая продолжить семейные традиции, следом школы Семен Ария поступает в Новосибирский институт военных инженеров транспорта на мостовой факультет. Однако принять инженерное образование помешала начавшаяся махаловка. После 1-го курса С. Ария попадает на фронт, проходит всю Великую Отечественную, первоначально – механиком-водителем танка, позже — разведчиком дивизиона гвардейских минометов-«катюш». Воевал на Северном Кавказе, на Кубани, освобождал Украину, Болгарию, Венгрию, победу встретил в Австрии. Был дважды ранен, имеет боевые награды.
Еще в школьные годы Семен зачитывался сборником судебных речей знаменитых русских адвокатов. Демобилизовавшись, он решает посвятить себя юриспруденции и поступает в экстернат Московского юридического института. По его окончании в 1948 году талантливому студенту предложили сделаться следователем прокуратуры или действовать в органах Госбезопасности. Но Семен Ария выбрал адвокатуру и направился в мелкий подмосковный район.
В послевоенные годы во многих районах зачастую было по одному-два адвоката: они не могли себе разрешить роскошь узкой специализации, оттого каждому приходилось заниматься как уголовными, так и гражданскими делами. Однако аккурат уголовные дела больше привлекали Семена Ария. По его проверенному годами убеждению, в уголовном процессе не бывает неинтересных дел, они предоставляют вероятность для настоящего творчества. Кроме того, Семен Львович вечно рассматривал публичное выступление адвоката в суде как вероятность реализовать свою надобность в утверждении нравственного начала в жизни сквозь выражение и обоснование своей позиции.
С 1948 года С.Л. Ария — судебный защитник Московской областной коллегии адвокатов; его стаж, таким образом, составляет пять с половиной десятилетий. За время практики ему приходилось ограждать людей по всему Советскому Союзу — от Днепропетровска до Красноярска; он продолжает активно действовать в условиях новой России.
В 1961 году С.Л. Ария перешел в Московскую адвокатуру. За минувшие десятилетия он участвовал в самых разнообразных уголовных делах, многие из которых отличались крупным масштабом и сопровождались общественным резонансом. Он, в частности, был защитником Председателя Верховного суда Узбекистана, крупных хозяйственников и финансистов, ряда видных следователей и адвокатов, диссидентов в политических процессах 1960-70-х годов (Москва, Ленинград, Горький, Рига, Харьков). Клиентами адвоката были известные в стране люди: Андрей Сахаров, Роман Кармен, Петр Якир, Ролан Быков, Наталья Фатеева, Василий Ливанов, Александр Минкин, Борис Березовский и другие.
Одно из дел, где защитник добился 100-процентного результата, было занятие Журиной — зубного врача, занимавшегося протезированием, в том числе и золотым. В 1970-х годах тот самый род деятельности считался достаточно опасным и в случае привлечения врача к уголовной ответственности зачастую грозил ему не только тюрьмой, но более того и смертной казнью. Когда к делу подключился Семен Ария, Журина была уже осуждена к 8 годам колонии за незаконные операции с валютными ценностями. До этого Журину в одно прекрасное время осудили по той же статье на 5 лет, то есть ныне она была уже рецидивистом. Шансов на удачное для адвоката заключение суда было мало. Тем не менее С.Л. Ария решил не только достигнуть оправдания своей подзащитной, но и застопорить поток приговоров зубным врачам. Ему удалось аргументировать, что зуботехнические изделия и вообще бытовые изделия из драгметаллов не могут рассматриваться как валютные ценности. Была составлена телега, которая по своему уровню напоминала скорее диссертацию. С ней Семен Львович дошел до Генпрокуратуры СССР. Там с доводами адвоката согласились, привнесли протест, и на пленуме Верховного суда СССР было решено уголовные дела Журиной кончить производством за отсутствием состава преступления. Был создан прецедент, и многие честные люди благодаря Семену Львовичу избежали преследования.
Ярким было участие Семена Ария в громком деле актрисы театра имени Евг. Вахтангова Малявиной, обвиненной в убийстве своего гражданского мужа, актера того же театра Жданько. В единственный из дней Жданько был обнаружен мертвым: он погиб в результате ножевого ранения. В течение 5 лет причиной смерти Жданько считалось самоубийство, и все-таки его матушка настояла на пересмотре дела. Прокуратура предъявила Малявиной обвинение в убийстве, которое основывалось главным образом на заключении судмедэкспертизы: нанесенный потрясение ножом — не горизонтальный, а вертикальный — менее характерен для самоубийства, чем для убийства.
Ария вступил в это занятие по просьбе Р. Быкова и журналистки, писательницы О. Чайковской, когда Малявина была уже осуждена к 9 годам лишения свободы и отбывала возмездие. Семен Львович пришел к выводу, что кончина Жданько — явное самоубийство по всем признакам, начиная от психопатической личности актера, тот, что неоднократно пытался слить счеты с жизнью и был глубоким истериком, и кончая тем, что заключение судебно-медицинской экспертизы не выдерживало никакой критики. По просьбе Ария в авторитетных медицинских центрах была проведена серия испытаний на биоманекенах, показавшая несостоятельность прежних выводов судмедэкспертов. Наконец, в Музее имени А.С. Пушкина Ария обнаружил копию античной скульптуры «Галл, убивающий себя и свою жену». Галл убивал себя тем самым вертикальным ударом ножа, тот, что экспертиза обвинения признала нехарактерным для самоубийства.
Все эти сведения были переданы в Прокуратуру СССР с подробным изложением доводов защиты. Там был составлен план протеста на отмену вердикта и прекращение производства. Однако в Мосгорсуд поступил только протест о снижении наказания Малявиной до 3 лет лишения свободы, которые она к тому времени уже отбыла. Как объяснили Ария, до того странное «компромиссное» вывод было принято, «потому как твердой уверенности в невиновности Малявиной все же нет». Адвокат резонно заявил: если нет твердой уверенности в невиновности человека, не может быть и твердой уверенности в его вине, без которой осуждение человека приобретает нрав произвола. Вопреки всем, казалось бы, неоспоримым доводам, Мосгорсуд принял заключение о снижении наказания Малявиной до 5 лет; посредством полгода ее досрочно освободили.
Привычным и проверенным приемом в выступлениях С.Л. Ария на протяжении многих лет служат ссылки на литературные произведения, параллели с миром искусства, упоминание характерных исторических фактов. Многие фрагменты его речей по праву считаются классикой отечественной судебной риторики. Яркий образец — воззвание Ария к шекспировскому «Отелло» на судебном процессе, в ходе которого обвиняли ревнивого мужа, убившего свою жену. Следствие посчитало, что причин для ревности не было, и вменило в вину подсудимому «душегубство из хулиганских побуждений». В своем выступлении Семен Львович напомнил, что большой драматург на протяжении всей пьесы не позволяет нам усомниться в чистоте и невинности Дездемоны. «Но неужели это дает нам основание, — задал вопросительный мотив защитник, — мнить, что Отелло задушил Дездемону из хулиганских побуждений?..» Этот нежданный довод и был воспринят судом при внесении вердикта.
Неоднократно С.Л. Ария участвовал в «диссидентских процессах».
28 декабря 1970 года в Верховном суде РСФСР слушалось по кассации занятие, 4 (!) дня вспять рассмотренное Ленгорсудом. Причина спешки, нарушавшей все процессуальные нормы, по тем временам была совершенно объяснимой. Осужденные — немного семей, не получивших разрешения на выезд из страны, — пытались выскочить путем угона самолета (так называемое «самолетное дело»). Попытка не удалась: всех взяли ещё у трапа. Тем не менее 13 мужчина приговорили к длительным срокам заключения (до 15 лет), а двоих — к расстрелу. Но Л. Брежневу позвонил Р. Никсон и уговорил того «не портить американцам Рождество». Теперь высшему судебному органу надлежало неотложно откорректировать положение «в свете разрядки международной напряженности».
Представитель обвинения на тот самый раз предложил «явить социалистическую гуманность» и заместить организаторам преступления расстрел 15 годами лишения свободы. Председательствующий понимающе кивнул и в соответствии с процедурой спросил, есть ли дополнения у защиты. Тут произошло непредвиденное: словечко попросил С. Ария, защищавший одного из «идеологов» группы. «Мы верим, — сказал он, — что большой суд согласится с мнением прокуратуры. Но… (в притихшем зале перерыв показалась бесконечной) …если ограничиться заменой смертной казни, то возникнет необъяснимая уравниловка в наказаниях осужденных, игравших первые роли, и остальных. Поэтому, полагаю, следовало бы пропорционально смягчить наказания и другим осужденным».
Председательствующий помолчал, подумал и объявил перерывчик.
…После совещания суд постановил условиться с заменой смертной казни и снизить наказания (до 12 лет) ещё нескольким осужденным. (Об этом процессе С. Ария повествует в одноименном рассказе «Самолетное дело», вошедшем в его книгу «Мозаика. Записки адвоката. Речи».)
Еще в 1956 году Ария первым отважился противостоять обвинениям в пресловутой «измене» и «антисоветской агитации». Некоему Завиркину тогда в приговоре оставили только хранение запрещенной литературы, а его подельника и нисколько оправдали. Потом Семен Львович защищал рижского студента, пытавшегося актом самосожжения протестовать супротив ввода советских войск в Чехословакию; участников московской демонстрации протеста (Богораз, Литвинов и другие); машинистку Лашкову, печатавшую запрещенные статьи Галанскова, Гинзбурга и Добровольского…
До высшей судебной инстанции доходили и другие, «обычные» дела, где оппонентом обвинения выступал тот же защитник. И любой раз судьи фиксировали глубочайшее знание им законодательства, общих принципов права и правосудия, а ещё редкое умение кинуть взгляд на занятие с новой, подчас абсолютно неожиданной позиции и ослепительно, образно донести свою думка до всех участников процесса.
Рожденный в год принятия первых советских УК и УПК, первого положения об адвокатуре, Семен Львович Ария собственной судьбой связывает уже немного поколений отечественных адвокатов. Дружбой с «маршалом адвокатуры», как его почтительно называют с легкой руки О. Чайковской, дорожат и гордятся многие известнейшие в стране люди. В поздравлении к славному юбилею С.Л. Ария — 80-летию со дня рождения — Председатель Верховного суда Российской Федерации профессор В.М. Лебедев, в частности, написал: «Вы — достойный гражданин России, отдавший страсть сколько сил и энергии для защиты ее интересов».
Семен Львович — автор книг «Защитительные речи и жалобы» (1991), «Мозаика. Записки адвоката. Речи» (2000), многих научных публикаций в юридических изданиях, эссе и рассказов, печатавшихся в периодике. Фрагменты его речей приводятся в учебниках судебной риторики («Судебная речь» и др.).
С.Л. Ария — Заслуженный юрист Российской Федерации (1986), один в России защитник, награжденный за профессиональную занятие орденом Почета; удостоен золотой медали имени Ф.Н. Плевако (1997). Имеет боевые награды: орден Отечественной войны I степени, медали «За отвагу», «За победу над Германией», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены» и другие. Именем С.Л. Ария названа звездочка в созвездии Козерога.
В свободное время увлекается туризмом, чтением.
Живет в Москве.

Добавить комментарий